1054 г – 1054 год — Википедия

1054 год — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

1054 (тысяча пятьдесят четвёртый) год по юлианскому календарю — невисокосный год, начинающийся в субботу. Это 1054 год нашей эры, 54 год 2 тысячелетия, 54 год XI века, 4 год 6-го десятилетия XI века, 5 год 1050-х годов.

Наставление Ярослава Мудрого сыновьям

События без точных дат[править | править код]

Продолжающиеся события[править | править код]

См. также: Категория:Родившиеся в 1054 году

См. также: Категория:Умершие в 1054 году

Без точных дат

ru.wikipedia.org

Разделение церквей — Википедия

Разделе́ние церкве́й, также Вели́кое разделе́ние и Вели́кая схи́зма[1] — церковный раскол, после которого окончательно произошло разделение Церкви на Римско-католическую церковь на Западе с центром в Риме и Православную — на Востоке. Разделение не преодолено до настоящего времени, невзирая на то, что в 1965 году взаимные анафемы были обоюдно сняты Папой римским Павлом VI и Вселенским Патриархом Афинагором.

В IX веке произошёл раскол между константинопольской патриархией и папством, который длился с 863 по 867 год. Константинопольскую патриархию в это время возглавлял патриарх Фотий (858—867, 877—886), во главе Римской курии был Николай I (858—867). Считается, что хотя формальным поводом к расколу стал вопрос о законности избрания Фотия на патриарший престол, глубинная причина раскола лежала в желании папы распространить своё влияние на епархии Балканского полуострова, что встретило сопротивление со стороны Византийской империи. Также с течением времени усиливался личный конфликт между двумя иерархами.

В X веке острота конфликта снизилась, споры сменяли длительные периоды сотрудничества. В наставлении X века содержится формула обращения византийского императора к Папе[2]:

Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, нашего одного-единственного Бога. От [имя] и [имя], императоров римлян, верных Богу, [имя] святейшему Папе Римскому и нашему духовному отцу.

Подобным же образом устанавливались почтительные формы обращения к императору для послов из Рима[2].

В начале XI века началось проникновение западноевропейских завоевателей на территории, находившиеся до того под контролем Восточной Римской империи. Политическое противостояние вскоре привело к противостоянию Западной и Восточной церквей

[3].

Конфликт в Южной Италии[править | править код]

Конец XI века ознаменовался началом активной экспансии выходцев из Нормандского герцогства в Южной Италии. Вначале нормандцы поступали наёмниками на службу византийцам и лангобардам, но со временем они стали создавать независимые владения. Хотя основная борьба нормандцев велась против мусульман сицилийского эмирата, вскоре завоевания северян привели к столкновениям с Византией[3].

Борьба Церквей[править | править код]

Борьба за влияние в Италии вскоре привела к конфликту константинопольского патриарха и римского папы. Приходы в Южной Италии исторически относились к юрисдикции Константинополя, однако по мере завоевания земель нормандцами ситуация стала меняться[3]. В 1053 году патриарх Михаил Керуларий узнал, что греческий обряд на нормандских землях вытесняется латинским. В ответ Керуларий закрыл все храмы латинского обряда в Константинополе и поручил архиепископу болгарскому Льву Охридскому составить послание против латинян, в котором порицались бы различные элементы латинского обряда: служение литургии на хлебе из пресного теста; пост в субботу во время Великого поста; отсутствие пения «Аллилуйя» во время Великого поста; употребление в пищу удавленины и другое. Послание было отправлено в Апулию и было адресовано епископу Иоанну Транийскому, а через него — всем епископам франков и «самому почтеннейшему папе». Гумберт Сильва-Кандидский написал сочинение «Диалог», в котором защищал латинские обряды и порицал греческие. В ответ Никита Стифат пишет трактат «Антидиалог», или «Слово об опресноках, субботнем посте и браке иереев» против сочинения Гумберта.

1054 год[править | править код]

Разногласия между папой римским (западной частью единой Церкви) и Константинопольским патриархом (и четырьмя восточными патриархатами Церкви) по вопросам догматического и канонического, а также литургического и дисциплинарного характера начались задолго до 1054 года, однако именно в 1054 году папа римский Лев IX послал в Константинополь легатов во главе с кардиналом Гумбертом. Непосредственным поводом явилось закрытие в 1053 году латинских церквей в Константинополе по распоряжению патриарха Михаила Керулария, при котором его сакелларий Никифор выбрасывал из дарохранительниц Святые Дары, приготовленные по западному обычаю из пресного хлеба, и топтал их ногами

[4].

В 1054 году папа Лев направил Керуларию послание, которое в обоснование папских притязаний на полноту власти в Церкви содержало пространные извлечения из поддельного документа, известного как Дарственная Константина, настаивая на его подлинности[5][6]. Патриарх отверг притязания Папы на верховенство, после чего Лев послал в том же году легатов в Константинополь для улаживания спора. Главной политической задачей папского посольства было стремление получить от византийского императора военную помощь в борьбе с норманнами[7].

16 июля 1054 года, уже после смерти самого Папы Льва IX, три папских легата вошли в собор Святой Софии и положили на алтарь отлучительную грамоту, предающую анафеме патриарха и двух его помощников[8]. В ответ на это 20 июля патриарх предал анафеме легатов. Ни Римская церковь Константинополем, ни византийская церковь легатами анафематствованы не были.

Закрепление раскола[править | править код]

События 1054 года ещё не означали полного разрыва между восточной и западной Церквями, Первый крестовый поход вначале сблизил церкви, но при продвижении к Иерусалиму обострились разногласия. Когда предводитель крестоносцев Боэмунд захватил бывший византийский город Антиохию (1098 год), он изгнал греческого патриарха и заменил его латинским; захватив Иерусалим в 1099 году, крестоносцы также поставили во главе местной Церкви латинского патриарха. Византийский император Алексей, в свою очередь, назначил собственных патриархов обоих городов, но проживали они в Константинополе. Существование параллельных иерархий означало, что восточная и западная церкви фактически пребывали в состоянии раскола. Этот раскол имел важные политические последствия. Когда в 1107 году Боэмунд пошёл походом на Византию в отместку за попытки Алексея отбить Антиохию, он заявил Папе, что это вполне оправданно, так как византийцы — раскольники. Таким образом он создал опасный прецедент для будущей агрессии против Византии со стороны западноевропейцев[9]. Папа Пасхалий II приложил усилия, чтобы преодолеть раскол между православной и католической церквами, но это не удалось, поскольку папа продолжал настаивать на том, чтобы Константинопольский патриарх признал примат Папы над «всеми церквями Божьими по всему миру».

Первый крестовый поход[править | править код]

Отношения церквей заметно улучшились накануне и во время Первого крестового похода [10]. Новая политика была связана с борьбой новоизбранного папы Урбана II за влияние на церковь с «антипапой» Климентом III и его покровителем Генрихом IV. Урбан II осознавал, что его позиции на Западе слабы и в качестве альтернативной поддержки стал искать путей примирения с Византией. Вскоре после своего избрания Урбан II отправил в Константинополь делегацию для обсуждения вопросов, спровоцировавших раскол за тридцать лет до этого. Эти меры создали почву для возобновления диалога с Римом и заложили основу для перестройки Византийской империи в преддверии Первого крестового похода. Высокопоставленному византийскому священнослужителю Феофилакту Гефаисту было поручено подготовить документ, который осторожно преуменьшал важность различий между греческими и латинскими обрядами, чтобы успокоить опасения византийских священнослужителей. Эти различия в большинстве своём — пустяковые, писал Феофилакт. Целью этого осторожного изменения позиции было ликвидировать раскол между Константинополем и Римом и заложить основу для политического и даже военного союза

[10].

Другим событием, усилившим раскол, стал погром латинского квартала в Константинополе при императоре Андронике I (1182 год). Доказательств того, что погром латинян был санкционирован сверху нет, однако репутации Византии на христианском Западе был нанесён серьёзный урон[11].

Лионская уния[править | править код]

После поражения Латинской империи и возвращения Константинополя византийский император Михаил VIII решил улучшить отношения с Римом и тем предотвратить угрозу дальнейших крестовых походов. В 1273 году император написал Папе послание, в котором выразил желание приложить все усилия к объединению церквей и преодолению раскола. В июне 1274 года византийские посланники прибыли на Второй Лионский собор. Не вступая в какие-либо прения, прибывшие зачитали в соборе Святого Иоанна письмо от Михаила. В нём император согласился на объединение церквей на условиях Папы: официальное принятие формулы Филиокве и признание власти Римской церкви. Также в нём выражалось согласие с западной позицией по второстепенным вопросам, таким как учение о чистилище и употребление пресного хлеба при причащении. Затем прошла служба, во время которой византийские священники использовали Филиокве, произнося символ веры. Когда делегация вернулась в Константинополь, церемония была проведена повторно в соборе Святой Софии в присутствии императора. Поскольку разногласий Византии с Римом больше не осталось и византийцы могли считаться католиками, Папа сразу же отмежевался от планов завоевания Константинополя и восстановления Латинской империи

[12].

Действия Михаила встретили сопротивление греческих националистов в Византии. Среди протестующих против унии была, среди прочих, сестра Михаила Евлогия, которая заявила: «Пусть лучше будет погублена империя моего брата, чем чистота православной веры», за что была заключена в тюрьму. Афонские монахи единодушно объявили унию впадением в ересь, несмотря на жестокие наказания со стороны императора: одному особенно непокорному монаху отрезали язык[12].

Историки связывают протесты против унии с развитием греческого национализма в Византии. Религиозная принадлежность связывалась с этнической идентичностью. Тех, кто поддержал политику императора, поносили не потому, что они стали католиками, а потому, что их воспринимали как предателей своего народа

[13].

Возврат православия[править | править код]

После смерти Михаила в декабре 1282 года на престол взошёл его сын Андроник II (правил в 1282—1328 годах). Новый император полагал, что после поражения Карла Анжуйского в Сицилии опасность с Запада миновала и, соответственно, исчезла практическая необходимость в унии. Уже через несколько дней после смерти отца Андроник выпустил из тюрем всех заключённых противников унии и низложил патриарха Константинопольского Иоанна XI, которого Михаил назначил, чтобы тот выполнил условия соглашения с Папой. В следующем году были низложены и заменены все епископы, которые поддерживали унию. На улицах Константинополя освобождение заключённых приветствовали ликующие толпы. Православие в Византии было восстановлено[14].
За отказ от Лионской унии Папа отлучил Андроника II от церкви, однако к концу своего правления Андроник возобновил контакты с папской курией и стал обсуждать возможность преодоления раскола[15].

В середине XIV века существованию Византии стали угрожать турки-османы. Император Иоанн V решил обратиться за помощью к христианским странам Европы, однако Папа дал понять, что помощь возможна только в случае объединения Церквей

[16]. В октябре 1369 года Иоанн отправился в Рим, где принял участие в богослужении в соборе Святого Петра и объявил себя католиком, принимающим папскую власть и признающим филиокве. Чтобы избежать волнений на родине, Иоанн перешёл в католичество лично, не давая никаких обещаний от имени своих подданных. Тем не менее, Папа объявил, что византийский император теперь заслуживает поддержки, и призвал католические державы прийти к нему на помощь в борьбе против османов. Однако призыв Папы не имел результата: помощь оказана не была, и вскоре Иоанн стал вассалом османского эмира Мурада I[17][прим. 1].

Несмотря на разрыв Лионской унии, православные (кроме Руси и некоторых районов Ближнего Востока) продолжали придерживаться троеперстия, а римский папа по-прежнему признавался первым по чести среди равных православных патриархов. Положение изменилось только после Ферраро-Флорентийского собора, когда настойчивость Запада в принятии его догматов вынудила православных признать римского папу еретиком, а западную церковь — еретической, и создать параллельную признавшим собор — униатам — новую православную иерархию. После захвата Константинополя (1453), турецкий султан Мехмед II принял меры к тому, чтобы сохранить раскол между православными и католиками и тем самым лишить византийцев надежды на то, что христиане-католики придут к ним на помощь. Униатский патриарх и его духовенство были изгнаны из Константинополя. На момент завоевания Константинополя место православного патриарха было свободно, и султан лично проследил за тем, чтобы через несколько месяцев его занял человек, известный непримиримым отношением к католикам. Константинопольский патриарх продолжал оставаться главой православной церкви, и его власть признавали в Сербии, Болгарии, дунайских княжествах и на Руси

[18].

Существует альтернативная точка зрения, согласно которой действительной причиной раскола стали притязания Рима на политическое влияние и денежные сборы на территориях, подконтрольных Константинополю. Однако в качестве публичного обоснования конфликта обе стороны называли богословские разногласия[19].

Доводы Рима[править | править код]

Отлучительная грамота была вручена 16 июля 1054 года в Константинополе в Софийском храме на святом алтаре во время богослужения легатом папы римского кардиналом Гумбертом. В отлучительной грамоте после преамбулы, посвящённой первенству Римской церкви, и похвалы в адрес «столпов имперской власти и её чтимых и мудрых граждан» и всего Константинополя, названного городом «христианнейшим и православным», выдвигались следующие обвинения в адрес Михаила Керулария «и сообщников его глупости»[20]:

  1. Михаила неправо называют патриархом.
  2. Подобно симонианам, они продают дар Божий.
  3. Подобно валезианам, оскопляют пришельцев, и делают их не только клириками, но и епископами.
  4. Подобно арианам, перекрещивают крещёных во имя Святой Троицы, в особенности латинян.
  5. Подобно донатистам, утверждают, что во всём мире, за исключением церкви Греческой, погибли и церковь Христова, и истинная Евхаристия, и крещение.
  6. Подобно николаитам, позволяют браки служителям алтаря.
  7. Подобно севирианам, злословят закон Моисеев.
  8. Подобно духоборцам отсекают в символе веры исхождение Духа Святого и от Сына (филиокве).
  9. Подобно манихеям, считают квасное одушевлённым.
  10. Подобно назореям, наблюдают телесные очищения иудейские, новорождённых детей не крестят ранее восьми дней по рождении, родительниц не удостаивают причащения, и, если они язычницы, отказывают им в крещении.

Что касается взгляда на роль Римской церкви, то, по мнению католических авторов[21], свидетельства учения о безусловном первенстве и вселенской юрисдикции Римского епископа как преемника святого Петра существуют с I века (Климент Римский) и далее встречаются повсеместно как на Западе, так и на Востоке (свв. Игнатий Богоносец, Ириней, Киприан Карфагенский, Иоанн Златоуст, Лев Великий, Гормизд, Максим Исповедник, Феодор Студит и др.), поэтому попытки приписать Риму только некое «первенство чести» необоснованны.

До половины V века эта теория носила характер незаконченных, разрозненных мыслей, и лишь папа Лев Великий выразил их систематически и изложил в своих церковных проповедях, произносимых им в день его хиротонии перед собранием итальянских епископов.

Главные пункты этой системы сводятся, во-первых, к тому, что святой апостол Пётр есть princeps всего чина апостолов, превосходящий всех других и по власти, он есть primas всех епископов, ему вверено попечение о всех овцах, на него возложены заботы о всех пастырях Церкви.

Во-вторых, все дары и прерогативы апостольства, священства и пастырства даны вполне и прежде всего апостолу Петру и уже через него и не иначе, как через его посредство, подаются Христом и всем другим апостолам и пастырям.

В-третьих, primatus апостола Петра есть учреждение не временное, а постоянное.

В-четвёртых, общение римских епископов с верховным апостолом весьма близко: каждый новый епископ принимает апостола Петра на кафедре Петровой, а отсюда дарованная апостолу Петру благодатная сила переливается и на его преемников.

Из этого практически для папы Льва вытекает:
1) так как вся Церковь основана на твёрдости Петровой, то удаляющиеся от этой твердыни ставят себя вне таинственного тела Христовой Церкви;
2) кто посягает на авторитет римского епископа и отказывает в повиновении апостольскому престолу, тот не хочет подчиняться блаженному апостолу Петру;
3) кто отвергает власть и первенство апостола Петра, тот ничуть не может уменьшить его достоинства, но надменный духом гордости низвергает самого себя в преисподнюю.

Несмотря на ходатайство папы Льва I о созыве IV Вселенского собора в Италии, что поддерживалось царскими особами западной половины империи, IV Вселенский Собор был созван императором Маркианом на Востоке, в Никее и затем в Халкидоне, а не на Западе. В соборных дискуссиях Отцы Собора относились весьма сдержанно к выступлениям легатов римского папы, детально изложивших и развивавших эту теорию, к оглашённой ими декларации Римского папы.

На Халкидонском соборе теория не была осуждена, так как несмотря на резкую форму в отношении всех восточных епископов выступления легатов по содержанию, например, в отношении патриарха Диоскора Александрийского, отвечали настроению и направлению всего Собора. Но тем не менее собор отказался осудить Диоскора только за то, что Диоскор совершал преступления против дисциплины, не исполняя поручения первого по чести среди патриархов и особенно за то, что Диоскор сам дерзнул провести отлучение папы Льва.

В папской декларации нигде не было указано о преступлениях Диоскора против веры. Заканчивается декларация также примечательно, в духе папистской теории: «Посему светлейший и блаженнейший архиепископ великого и старейшего Рима Лев, через нас и через настоящий святейший собор, вместе с преблаженнейшим и всехвальным апостолом Петром, который есть камень и утверждение кафолической Церкви и основание православной веры, лишает его епископства и отчуждает от всякого священного сана».

Декларация была Отцами Собора тактично, но отвергнута, и Диоскор был лишён патриаршества и сана за преследование семьи Кирилла Александрийского, хотя вспоминали ему и поддержку еретика Евтихия, неуважение к епископам, Разбойничий собор и т. д., но никак не за выступление александрийского папы против папы римского, и ничего из декларации папы Льва Собором, так возносившим томос папы Льва, одобрено не было. Принятое на Халкидонском соборе 28 правило о предоставлении чести как второму после римского папы архиепископу Нового Рима как епископу царствующего града второго после Рима вызвало бурю негодования. Святитель Лев папа Римский не признал действительности этого канона, прервал общение с архиепископом Анатолием Константинопольским и угрожал ему отлучением[22].

Доводы Константинополя[править | править код]

После того как легат Римского папы кардинал Гумберт положил на алтарь храма святой Софии писание с анафемой константинопольскому патриарху, патриарх Михаил собрал синод, на котором выдвинута ответная анафема:

С анафемой затем самому нечестивому писанию, а также тем, кто его предъявил, писал и каким-либо одобрением или волей участвовал в его творении[23][24].

Ответные обвинения против латинян были следующие на соборе:

  1. Брадобритие у латинян: «И не желают они обратить внимание на Писание, которое говорит: „да не бреете брад ваших“ (Лев. 19, 27), как и совсем не хотят признать, что (лишь) жёнам благопристойно этот (вид) при творении устроил Бог, мужам же судил быть несообразным (сему виду)»;
  2. Обязательное безбрачие всего духовенства у латинян и нежелание их причащаться у женатых священников; при этом нарушались 4 правило Гангрского собора[25] и 13 правило 6 Вселенского собора[26]: «И не желают они обратить внимание на … четвёртый канон Гангрского собора о тех, кто гнушается браком и открыто [его] презирает, устанавливает: „Если кто рассуждает о женатом пресвитере, что, когда таковый совершил литургию, нельзя причащаться приношения, анафема да будет“. И об отвергающих и презирающих это также Шестого собора [13-е правило]».
  3. Филиокве: «совершенно не желая размыслить, они заявляют, что Дух исходит не от Отца [только], но и от Сына — как будто бы у них нет свидетельств евангелистов об этом, и будто бы они не имеют догмата вселенского собора относительно этого злословия».

В разных архиерейских посланиях и соборных постановлениях[27][28][29][30] православные также ставили в вину католикам:

  1. Служение литургии на опресноках.
  2. Пост в субботу.
  3. Допущение женитьбы мужчины на сестре его умершей жены.
  4. Ношение католическими епископами перстней на пальцах рук.
  5. Хождение католических епископов и священников на войну и осквернение своих рук кровью убитых.
  6. Наличие у католических епископов жён и наличие наложниц у католических священников.
  7. Ядение в субботы и в воскресения Великим постом яиц, сыра и молока и несоблюдение Великого поста.
  8. Ядение удавленины, мертвячины, мяса с кровью.
  9. Ядение католическими монахами свиного сала.
  10. Совершения Крещения в одно, а не в три погружения.
  11. Изображение Креста Господня и изображение святых на мраморных плитах в церквах и хождение католиками по ним ногами.

Реакция патриарха на вызывающий поступок кардиналов была достаточно осторожной и в целом миролюбивой. Достаточно сказать, что с целью успокоения волнений было официально заявлено, что греческие переводчики извратили смысл латинской грамоты. Далее, на последовавшем Соборе 20 июля за недостойное поведение в храме были отлучены от Церкви все три члена папской делегации, однако Римская Церковь в решении собора специально не упоминалась. Было сделано всё, чтобы свести конфликт к самодеятельности нескольких римских представителей, что, собственно, и имело место. Патриарх отлучил от Церкви лишь легатов и только за дисциплинарные нарушения, а не за вероучительные вопросы. На Западную церковь или на римского епископа эти анафемы никак не распространялись.

Даже когда один из отлучённых легатов стал папой (Стефан IX), этот раскол не считался окончательным и особо важным, а папа направил посольство в Константинополь извиниться за резкость Гумберта.[31] Событие это стало оцениваться как нечто чрезвычайно важное лишь через пару десятков лет на Западе, когда к власти пришёл папа Григорий VII, который в своё время был протеже умершего уже кардинала Гумберта. Его усилиями эта история и получила необычайное значение. Потом, уже в новое время, она рикошетом из западной историографии вернулась на Восток и стала считаться датой разделения Церквей[32].

Покинув Константинополь, папские легаты отправились в Рим окружным путём, чтобы оповестить об отлучении Михаила Керулария его противника Илариона, которого Константинопольская церковь не хотела признавать митрополитом, и получить военную помощь Руси в борьбе папского престола с норманнами. Они посетили Киев, где с подобающими почестями были приняты великим князем Изяславом Ярославичем и духовенством, которому должно было понравиться отделение Рима от Константинополя. Возможно, странное на первый взгляд поведение легатов римского папы, сопроводивших анафемой византийской церкви свою просьбу о военной помощи Византии Риму, должно было расположить в их пользу русских князя и митрополита с получением от Руси значительно большей помощи, чем можно было ожидать от Византии.

Поскольку Киевская Русь приняла крещение чуть больше чем за полвека до раскола, и тогда считалось, что патриаршество могло быть только там, где проповедовали апостолы, а сведений о пребывании в Киеве апостола Андрея Первозванного ещё не было, так как они содержались в той же рукописи, где говорилось о призвании Рюрика, о чём в то время на Руси тоже никто не догадывался, то Русская церковь не имела патриаршества, а поэтому правители Руси и не могли бы стать императорами. Их титул был только почти равен императору, на титул императора они могли рассчитывать только при наличии на Руси патриарха[источник не указан 435 дней]. Более того, кроме краткого периода правления Илариона, не имела она ни автокефалии (да и при Иларионе она Константинополем не признавалась), ни собственных митрополитов из славян. Во главе Киевской митрополии были греческие иерархи, которые полностью подчинялись Константинопольскому патриарху. Именно они обычно были идеологами в Русской митрополии. Киевские митрополиты греческого происхождения начали антикатолическую полемику ещё до 1054 года, до раскола. Известно обличительное послание, бывшее до разделения, митрополита Киевского Льва, в котором он обличал «филиокве», опресноки и прочие латинские обычаи, однако «кротко», без резких выражений или укоризны[33]. После низложения сторонника единства с признававшим церковнославянский язык языком Церкви наряду с латынью, греческим и древнееврейским Римом славянина Илариона антилатинская проповедь усилилась среди высшего греческого духовенства. Новоиспечённое русское низшее православное духовенство после многих столетий господства арианства и несторианства и кратковременного правления антивизантийского Илариона следовало целиком за своими учителями и иерархами-греками[34]. Но русские правители поддерживали дипломатические отношения с Римом, принимая те или иные решения в зависимости от политической необходимости, а в русских городах существовали латинские храмы, к которым проявлялась веротерпимость.

Двадцать лет спустя «разделения Церквей» имел место знаменательный случай обращения встречавшегося с папскими легатами в 1054 году великого князя Киевского (Изяслава-Димитрия Ярославича) к авторитету покровителя кардинала Гумберта папы Григория VII. В своей распре с младшими братьями за Киевский престол Изяслав, законный князь, вынужден был бежать за границу (в Польшу и потом в Германию), откуда и взывал в защиту своих прав к обоим главам средневековой «христианской республики» — к императору (Генриху IV) и к папе[35]. Княжеское посольство в Рим возглавил его сын Ярополк-Пётр, имевший поручение «отдать всю русскую землю под покровительство св. Петра». Папа действительно вмешался в ситуацию на Руси. В конце концов Изяслав вернулся в Киев (1077) без помощи Римского папы, поэтому обещания остались без исполнения. Ярополк канонизирован Русской православной церковью.

Около 1089 года в Киев к митрополиту Иоанну прибыло посольство антипапы Гиберта (Климента III), по-видимому, желавшего укрепить свои позиции за счёт его признания на Руси. Иоанн, будучи по происхождению греком, ответил посланием, хотя и составленным в самых почтительных выражениях, но всё же направленным против «заблуждений» латинян (это первое по времени неапокрифическое писание «против латинян», составленное на Руси, хотя и не русским автором). Согласно русским летописям, послы от папы приходили в 1169 году.

В Киеве имелись латинские монастыри (в том числе доминиканский — с 1228 года), на землях, подвластных русским князьям, с их разрешения действовали латинские миссионеры (так, в 1181 году князья Полоцкие разрешили монахам-августинцам из Бремена крестить подвластных им латышей и ливов на Западной Двине)[36]. В высшем сословии заключались (к неудовольствию греческих митрополитов) многочисленные смешанные браки (только с польскими князьями — более двадцати), и ни в одном из этих случаев не зарегистрировано ничего похожего на «переход» из одного вероисповедания в другое[36]. Западное влияние заметно в некоторых сферах церковной жизни, например, до монгольского нашествия на Руси были орга́ны (которые затем исчезли)[37][38]; колокола на Русь завозились в основном с Запада, где имели большее распространение, чем у греков.

Почтовая марка, посвящённая исторической встрече Патриарха Афиногора и Папы Павла VI

В 1964 году в Иерусалиме состоялась встреча между патриархом Афинагором, предстоятелем Константинопольской православной церкви, и папой римским Павлом VI, в результате которой в декабре 1965 года были сняты взаимные анафемы и подписана совместная декларация[39]. Однако «жест справедливости и взаимного прощения» (Совместная декларация, 5) не имел никакого практического или канонического значения: сама декларация гласила: «Папа Павел VI и патриарх Афинагор I со своим Синодом сознают, что этот жест справедливости и взаимного прощения недостаточен для того, чтобы положить конец разногласиям, как древним, так и недавним, всё ещё остающимся между Римско-католической церковью и Церковью Православной»[39]. С точки зрения Православной Церкви, остаются неприемлемыми остающиеся в силе анафемы I Ватиканского Собора на отрицающих догмат о главенстве Римского Папы и непогрешимости его суждений по вопросам веры и нравственности, произнесённых ex cathedra, а также ряд других постановлений догматического характера.

Кроме того, за годы разделения учение Филиокве на Востоке было признано еретическим: «Новоявившееся учение, будто „Дух Святый исходит от Отца и Сына“, измышлено вопреки ясному и нарочитому о сём предмете изречению Господа нашего: иже от Отца исходит (Иоан. 15, 26), и вопреки исповеданию всей Соборной Церкви, засвидетельствованному седьмью вселенскими Соборами в словах иже от Отца исходящаго <…> (Символ веры). Посему единая, святая, соборная и Апостольская Церковь следуя святым Отцам восточным и западным, как древле при Отцах наших возвещала, так и ныне вновь возвещает соборно, что сие нововведённое мнение, будто Дух Святый исходит от Отца и Сына, есть сущая ересь, и последователи его, кто бы они ни были, еретики, по упомянутому соборному определению святейшего папы Дамаса; составляю

ru.wikipedia.org

РАЗДЕЛЕНИЕ ЦЕРКВЕЙ В 1054 ГОДУ

После раскола единой Римской империи на Восточную и Западную часть, в разных концах империи в христианской церкви стали постепенно формироваться свои особенности, касавшиеся религиозных обрядов и т.д. Время от времени между Римом и Константинополем даже прерывалось церковное общение. В середине XI в. норманны вторглись на территорию Южной Италии, что побудило Рим и Византию, имевшую свои владения там, объединить силы для отражения угрозы. Папа римский Лев IX лично возглавил войско, последовало поражение от норманнов, и он находился в плену вплоть до марта 1054 г. С целью получения военной помощи от Византии и разрешения спора, возникшего вокруг церковной юрисдикции Южной Италии, в начале 1054 г. в Константинополь были посланы папские легаты во главе с кардиналом, епископом Сильва-Кандидским Гумбертом. Но вскоре после их прибытия пришло известие о смерти папы Льва IX, скончавшегося в апреле в Риме, что должно было поставить точку в вопросе о продолжении миссии. Однако император Константин IX Мономах, несмотря на церковные разногласия, очень рассчитывал на заключение союза и принял решение принять миссию. 24 июня в присутствии императора состоялся церковный диспут Гумберта с пресвитером Студийского монастыря Никитой Стифатом, между которыми до этого состоялся обмен посланиями со взаимными обвинениями друг к другу. Сторонам так и не удалось добиться примирения, константинопольский патриарх Михаил Кируллария отказался принимать легатов. 16 июля  Гумберт вместе с двумя легатами вошел в храм Св. Софии и возложил на престол буллу с отлучением константинопольского патриарха, архиепископа Охридского Льва и их сторонников. При этом до сих остается под вопросом легитимность подобного шага, к тому же один из легатов Фридрих Лотарингский долго колебался и выступал против открытого раскола. В свою очередь патриарх Михаил созвал собор, на котором отлучил от церкви всех членов римского посольства. Несмотря на то, что взаимное отлучение скорее носило личный характер, это привело к фактическому разрыву официальных отношений между папой Римским и Константинопольским патриархом. Непосредственным последствием конфликта стала утрата Византии политического и церковного контроля над Южной Италией, а Римский папа Николай II в 1059 г. в Мельфи подписал соглашение с вождями норманнов, объявившими себя вассалами Рима, что способствовало переходу их земель под церковную юрисдикцию Святого престола.

Попытки воссоединения церкви

Впоследствии не раз предпринимались переговоры с целью воссоединения церквей, подписывались даже соглашения: Лионская уния 1274 г., Флорентийская уния 1439 г. В XX в. в Риме 7 декабря 1965 г. был обнародован текст совместной Декларации Римско-католической и Константинопольской Православной Церквей, в которой говорилось о взаимном снятии анафем 1054 г. В свою очередь патриарх РПЦ Алексий I в своей  телеграмме подчеркнул следующее:  «…Богословского значения для всей Полноты Святой Православной Церкви этот акт, по нашему мнению, не имеет».

 

Литература
  • Бармин А.В. Полемика и схизма : история греко-латинских споров IX - XII веков. М., 2006. Византия между Западом и Востоком : Опыт ист. характеристики / Отв. ред. Г. Г. Литаврин. СПб., 1999. Флоря Б.Н. У истоков религиозного раскола славянского мира (XIII в.). СПб., 2004. Blumenfeld-Kosinski R. Poets, saints, and visionaries of the Great Schism, 1378-1417. University Park, 2006.

w.histrf.ru

Великий церковный раскол 1054 года

 

 

В 1054 году произошёл распад христианской церкви на Западную (Римско-Католическую) и Восточную (Греко-Кафолическую). Восточная христианская церковь стала называться ортодоксальной, т.е. правоверной, а исповедывающие христианство по греческому обряду – ортодоксами или правоверными.

«Великий раскол» между Восточной и Западной Церквами вызревал постепенно, в результате долгих и сложных процессов, начавшихся задолго до XI в.

 

Разногласия между Восточной и Западной Церквами до раскола (краткий обзор)

Разногласия между Востоком и Западом, послужившие причиной «великого раскола» и накапливавшиеся на протяжении веков, имели политический, культурный, экклезиологический, богословский и обрядовый характер.

а) Политические разногласия между Востоком и Западом коренились в политическом антагонизме между Римскими папами и византийскими императорами (василевсами). Во времена апостолов, когда христианская церковь только зарождалась, Римская империя представляла собой единую как в политическом, так и в культурном плане империю, во главе которой стоял один император. С конца III в. империя, de jure всё ещё единая, de facto разделилась на две части - Восточную и Западную, каждая из которых находилась под управлением собственного императора (император Феодосий (346—395) был последним римским императором, который возглавлял всю Римскую империю). Константин усугубил процесс разделения, основав на востоке новую столицу Константинополь наряду с древним Римом в Италии. Римские епископы, основываясь на центральном положении Рима, как императорского города, и на происхождении кафедры от первоверховного апостола Петра начали претендовать на особое, главенствующее положение во всей Церкви. В последующие века амбиции римских первосвященников только росли, гордыня всё глубже и глубже пускала свои ядовитые корни в церковную жизнь Запада. В отличие от константинопольских патриархов, римские Папы сохраняли независимость от византийских императоров, не подчинялись им, если не считали нужным, а иногда и открыто выступали против них.

Кроме того, в 800-м году папой Львом III в Риме императорской короной был коронован как римский император король франков Карл Великий, который в глазах современников стал «равным» Восточному императору и на политическую силу которого получил возможность опираться Римский епископ в своих притязаниях. Императоры Византийской империи, сами считавшие себя преемниками Римской империи, отказались признать императорский титул за Карлом. Византийцы рассматривали Карла Великого как узурпатора, а папскую коронацию - как акт раскола внутри империи.

б) Культурное отчуждение между Востоком и Западом было в значительной степени обусловлено тем, что в Восточной Римской империи говорили на греческом языке, а в Западной на латыни. Во времена апостолов, когда Римская империя была единой, по-гречески и по-латыни понимали почти везде, а многие могли говорить на обоих языках. Однако уже к 450 году очень немногие в Западной Европе могли читать по-гречески, а после 600 года редко кто в Византии говорил на латыни, языке римлян, хотя империя продолжала называться Ромейской. Если греки хотели читать книги латинских авторов, а латиняне - сочинения греков, они могли сделать это лишь в переводе. А это означало, что греческий Восток и латинский Запад информацию черпали из разных источников и читали разные книги, в результате все более отдаляясь друг от друга. На Востоке читали Платона и Аристотеля, на Западе Цицерона и Сенеку. Главными богословскими авторитетами Восточной Церкви были отцы эпохи Вселенских Соборов, такие как Григорий Богослов, Василий Великий, Иоанн Златоуст, Кирилл Александрийский. На Западе же наиболее читаемым христианским автором был блаженный Августин (которого на Востоке почти не знали) - его богословская система была намного проще для понимания и легче воспринималась обращенными в христианство варварами, чем утонченные рассуждения греческих отцов.

в) Экклезиологические разногласия. Политические и культурные разногласия не могли не сказаться на жизни Церкви и только способствовали церковным раздорам между Римом и Константинополем. В течение всей эпохи Вселенских Соборов на Западе постепенно формировалосьучение о папском примате (т.е. о римском епископе как о главе Вселенской Церкви). Параллельно на Востоке усиливался примат Константинопольского епископа, с конца VI века усвоившего себе титул «Вселенского патриарха». Однако на Востоке Константинопольский Патриарх никогда не воспринимался как глава Вселенской Церкви: он был лишь вторым по рангу после Римского епископа и первым по чести среди восточных патриархов. На Западе же Папа стал восприниматься именно как глава Вселенской Церкви, которому должна подчиняться Церковь по всему миру.

На Востоке было 4 кафедры (т.е. 4 Поместные Церкви: Константинопольская, Александрийская, Антиохийская и Иерусалимская) и, соответственно, 4 патриарха. Восток признавал Папу первым епископом Церкви - но первым среди равных. На Западе же был только один престол, претендующий на апостольское происхождение - а именно, Римский престол. В результате этого Рим стал рассматриваться как единственная апостольская кафедра. Запад хотя и принимал решения Вселенских соборов, однако сам не играл в них активной роли; в Церкви Запад видел не столько коллегию, сколько монархию - монархию Папы.

Греки признавали за Папой первенство чести, но не вселенское превосходство, как полагал сам Папа.Первенство «по чести» на современном языке может означать «самый уважаемый», однако оно не отменяет Соборного устройства церкви (то есть принятие всех решений коллегиально посредством созвания Соборов всех церквей, прежде всего апостольских). Папа считал непогрешимость своей прерогативой, греки же были убеждены, что в вопросах веры окончательное решение остается не за Папой, а за собором, представляющим всех епископов церкви.

г) Богословские причины. Главным пунктом богословского спора между Церквами Востока и Запада было латинское учение об исхождении Святого Духа от Отца и Сына (Филиокве). Это учение, основанное на тринитарных воззрениях блаженного Августина и других латинских отцов, привело к внесению изменения в слова Никео-Цареградского Символа Веры, где речь шла о Святом Духе: вместо «от Отца исходящего» на Западе стали говорить «от Отца и Сына (лат. Filioque) исходящего». Выражение «от Отца исходит» основано на словах Самого Христа (см.: Ин. 15:26) и в этом смысле обладает непререкаемым авторитетом, тогда как добавка «и Сына» не имеет оснований ни в Писании, ни в Предании раннехристианской Церкви: её стали вставлять в Символ Веры лишь на Толедских Соборах VI-VII веков, предположительно в качестве защитной меры против арианства. Из Испании Филиокве пришло во Францию и Германию, где было утверждено на Франкфуртском Соборе 794 года. Придворные богословы Карла Великого даже стали упрекать византийцев в том, что они произносили Символ Веры без Филиокве. Рим в течение некоторого времени противостоял внесению изменений в Символ Веры. В 808 году папа Лев III писал Карлу Великому о том, что хотя Филиокве приемлемо с богословской точки зрения, внесение его в Символ Веры нежелательно. Лев поместил в соборе Святого Петра таблички с Символом Веры без Филиокве. Однако к началу XI века чтение Символа Веры с добавлением «и Сына» вошло и в римскую практику.

Православие возражало (и до сих пор возражает) против Filioque по двум причинам. Во-первых, Символ Веры является достоянием всей Церкви, и любые изменения могут вноситься в него только Вселенским собором. Изменив Символ Веры без совета с Востоком, Запад (по убеждению Хомякова) повинен в нравственном братоубийстве, в грехе против единства Церкви. Во-вторых, большинство православных убеждено в том, что Filioque неверно с богословской точки зрения. Православные полагают, что Дух исходит только от Отца, и считают ересью утверждение о том, что Он исходит также и от Сына.

д) Обрядовые различия между Востоком и Западом существовали на протяжении всей истории христианства. Богослужебный устав Римской Церкви отличался от уставов Восточных Церквей. Целый ряд обрядовых мелочей разделял Церкви Востока и Запада. В середине XI века главным вопросом обрядового характера, по которому разгорелась полемика между Востоком и Западом, было употребление латинянами пресного хлеба на Евхаристии, в то время как византийцы употребляли квасной хлеб. За этим, казалось бы, незначительным отличием, византийцы видели серьезную разницу в богословском воззрении на сущность Тела Христова, преподаваемого верным в Евхаристии: если квасной хлеб символизирует то, что плоть Христова единосущна нашей плоти, то опреснок является символом отличия плоти Христовой от нашей плоти. В служении на опресноках греки усматривали покушение на сердцевинный пункт восточнохристианского богословия — учение об обо́жении (которое на Западе было мало известно).

Всё это были разногласия, которые предшествовали конфликту 1054 года. В конечном счете Запад и Восток разошлись в вопросах вероучения, главным образом в двух вопросах: о папском примате и о Filioque.

Повод для раскола

Непосредственным поводом к церковному расколу стал конфликт первоиерархов двух столиц — Рима и Константинополя.

Римским первосвященником был Лев IX. Еще будучи немецким епископом, он долго отказывался от Римской кафедры и лишь по неотступным просьбам духовенства и самого императора Генриха III согласился принять папскую тиару. В один из дождливых осенних дней 1048 года, в грубой власянице — одежде кающихся, с босыми ногами и посыпанной пеплом головой, он вступил в Рим, чтобы занять Римский престол. Такое необычное поведение польстило гордости горожан. При торжествующих криках толпы его немедленно провозгласили папой. Лев IX был убежден в высокой значимости Римской кафедры для всего христианского мира. Он всеми силами старался восстановить ранее поколебавшееся папское влияние как на Западе, так и на Востоке. С этого времени начинается активный рост и церковного, и общественно-политического значения папства как института власти. Папа Лев добивался уважения к себе и своей кафедре не только путем радикальных реформ, но и активно выступая защитником всех притесненных и обидимых. Именно это и заставило папу искать политического союза с Византией.

В то время политическим врагом Рима были норманны, которые уже захватили Сицилию и теперь угрожали Италии. Император Генрих не мог предоставить папе необходимой военной поддержки, а отказываться от роли защитника Италии и Рима папа не хотел. Лев IX решил просить помощи у византийского императора и Константинопольского патриарха.

С 1043 года Константинопольским патриархом был Михаил Керулларий. Он происходил из знатного аристократического рода и занимал высокий пост при императоре. Но после неудавшегося дворцового переворота, когда группа заговорщиков попыталась возвести его на престол, Михаил был лишен имущества и насильно пострижен в монахи. Новый император Константин Мономах сделал гонимого своим ближайшим советником, а затем, с согласия клира и народа, Михаил занял и патриаршую кафедру. Отдавшись служению Церкви, новый патриарх сохранил черты властного и государственно-мыслящего человека, который не терпел умаления своего авторитета и авторитета Константинопольской кафедры.

В возникшей переписке между папой и патриархом, Лев IX настаивал на первенстве Римской кафедры. В своем письме он указывал Михаилу, что Константинопольская Церковь и даже весь Восток должны слушаться и почитать Римскую Церковь как мать. Этим положением папа оправдывал и обрядовые расхождения Римской Церкви с Церквами Востока. Михаил готов был примириться с любыми расхождениями, но в одном вопросе его позиция оставалась непримиримой: он не желал признавать Римскую кафедру выше Константинопольской. Согласиться на такое равенство римский епископ не хотел.

Начало раскола

Великая схизма 1054 г. и Разделение Церквей

Весной 1054 года в Константинополь прибывает посольство из Рима во главе с кардиналом Гумбертом, человеком горячим и высокомерным. Вместе с ним, в качестве легатов, прибыли диакон-кардинал Фридрих (будущий папа Стефан IX) и архиепископ Амальфийский Петр. Цель визита была встретиться с императором Константином IX Мономахом и обсудить возможности военного союза с Византией, а также примириться с Константинопольским патриархом Михаилом Керулларием, не умаляя при этом первенства Римской кафедры. Однако посольство с самого начала взяло тон не соответствующий примирению. Послы папы отнеслись к патриарху без должного почтения, надменно и холодно. Видя такое отношение к себе, патриарх отплатил им тем же. На созванном Соборе Михаил выделил папским легатам последнее место. Кардинал Гумберт счел это унижением и отказался вести какие-либо переговоры с патриархом. Пришедшая из Рима весть о смерти папы Льва не остановила папских легатов. Они продолжали действовать с прежним дерзновением, желая проучить непослушного патриарха.

15 июля 1054 года, когда Софийский собор был переполнен молящимся народом, легаты прошли к алтарю и, прервав богослужение, выступили с обличениями в адрес патриарха Михаила Керуллария. Затем они положили на престол папскую буллу на латинском языке, в которой говорилось об отлучении патриарха и его приверженцев от общения и выдвигалось десять обвинений в ереси: одно из обвинений касалось «опущения» Филиокве в Символе веры. Выйдя из храма, папские послы отрясли прах со своих ног и воскликнули: «Пусть видит и судит Бог». Все настолько были поражены увиденным, что стояла гробовая тишина. Онемевший от изумления патриарх поначалу отказывался принять буллу, но потом повелел перевести ее на греческий язык. Когда содержание буллы огласили народу, началось столь сильное волнение, что легатам пришлось спешно покидать Константинополь. Народ поддержал своего патриарха.

20 июля 1054 года патриарх Михаил Керулларий созвал Собор из 20 епископов, на котором предал папских легатов церковному отлучению. Деяния Собора были разосланы всем Восточным патриархам.

Так произошла «великая схизма». Формально это был разрыв между Поместными Церквами Рима и Константинополя, однако патриарха Константинопольского впоследствии поддержали другие Восточные Патриархаты, а также молодые Церкви, входившие в орбиту влияния Византии, в частности Русская. Церковь на Западе со временем усвоила себе наименование Католической; Церковь же на Востоке именуется Православной, поскольку сохраняет неповрежденным христианское вероучение. И Православие, и Рим равно считали себя правыми в спорных вопросах вероучения, а своего оппонента неправым, поэтому после схизмы и Рим, и Православная церковь притязали на звание истинной церкви.

Но даже после 1054 г. дружеские отношения между Востоком и Западом сохранялись. Обе части христианского мира еще не осознали всей пропасти разрыва, и люди с обеих сторон надеялись, что недоразумения можно уладить без особых затруднений. Попытки договориться о воссоединении предпринимались еще в течение полутора веков. Спор Рима и Константинополя в значительной мере проходил мимо внимания простых христиан. Русский игумен Даниил Черниговский, совершивший паломничество в Иерусалим в 1106-1107 гг., застал греков и латинян согласно молящимися в святых местах. Правда, он с удовлетворением отметил, что при сошествии Святого огня на Пасху греческие светильники чудесным образом возгорались, а вот латиняне вынуждены были зажигать свои светильники от греческих.

Окончательное же разделение между Востоком и Западом наступило только с началом крестовых походов, которые принесли с собой дух ненависти и злобы, а также после захвата и разорения Константинополя крестоносцами во время IV крестового похода в 1204 году.

russland.mirtesen.ru

Раскол христианской церкви (1054) — Википедия

Раско́л христиа́нской це́ркви, также Вели́кое разделение и Вели́кая схи́зма[1] — церковный раскол, после которого окончательно произошло разделение Церкви на Римско-католическую церковь на Западе с центром в Риме и Православную — на Востоке с центром в Константинополе. Разделение не преодолено до настоящего времени, невзирая на то, что в 1965 году взаимные анафемы были обоюдно сняты Папой римским Павлом VI и Вселенским Патриархом Афинагором.

IX век

В IX веке произошел раскол между константинопольской патриархией и папством, который длился с 863 по 867 год. Константинопольскую патриархию в это время возглавлял патриарх Фотий (858—867, 877—886), во главе Римской курии был Николай I (858—867). Считается, что хотя формальным поводом к расколу стал вопрос о законности избрания Фотия на патриарший престол, глубинная причина раскола лежала в желании папы распространить своё влияние на епархии Балканского полуострова, что встретило сопротивление со стороны Восточной Римской империи. Также с течением времени усиливался личный конфликт между двумя иерархами.

X век

В X веке острота конфликта снизилась, споры сменяли длительные периоды сотрудничества. В наставлении X века, содержатся формула обращения византийского императора к Папе[2]:

Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, нашего одного-единственного Бога. От [имя] и [имя], императоров римлян, верных Богу, [имя] святейшему Папе Римскому и нашему духовному отцу.

Подобным же образом устанавливались почтительные формы обращения к императору для послов из Рима[2].

XI век

В начале XI века началось проникновение западноевропейских завоевателей на территории, находившиеся до того под контролем Восточной Римской империи. Политическое противостояние вскоре привело к противостоянию Западной и Восточной церквей[3].

Конфликт в Южной Италии

Конец XI века ознаменовался началом активной экспансии выходцев из Нормандского герцогства в Южной Италии. Вначале нормандцы поступали наёмниками на службу византийцам и лангобардам, но со временем они стали создавать независимые владения. Хотя основная борьба нормандцев велась против мусульман сицилийского эмирата, вскоре завоевания северян привели к столкновениям с Византией[3].

Борьба Церквей

Борьба за влияние в Италии вскоре привела к конфликту константинопольского патриарха и римского папы. Приходы в Южной Италии исторически относились к юрисдикции Константинополя, однако по мере завоевания земель нормандцами ситуация стала меняться[3]. В 1053 году патриарх Михаил Керуларий узнал, что греческий обряд на нормандских землях вытесняется латинским. В ответ Керуларий закрыл все храмы латинского обряда в Константинополе и поручил архиепископу болгарскому Льву Охридскому составить послание против латинян, в котором порицались бы различные элементы латинского обряда: служение литургии на хлебе из пресного теста; пост в субботу во время Великого поста; отсутствие пения «Аллилуйя» во время Великого поста; употребление в пищу удавленины и другое. Послание было отправлено в Апулию и было адресовано епископу Иоанну Транийскому, а через него — всем епископам франков и «самому почтеннейшему папе». Гумберт Сильва-Кандидский написал сочинение «Диалог», в котором защищал латинские обряды и порицал греческие. В ответ Никита Стифат пишет трактат «Антидиалог», или «Слово об опресноках, субботнем посте и браке иереев» против сочинения Гумберта.

1054 год

Разногласия между папой римским (западной частью единой Церкви) и Константинопольским патриархом (и четырьмя восточными патриархатами Церкви) по вопросам догматического и канонического, а также литургического и дисциплинарного характера начались задолго до 1054 года, однако именно в 1054 году папа римский Лев IX послал в Константинополь легатов во главе с кардиналом Гумбертом. Непосредственным поводом явилось закрытие в 1053 году латинских церквей в Константинополе по распоряжению патриарха Михаила Керулария, при котором его сакелларий Никифор выбрасывал из дарохранительниц Святые Дары, приготовленные по западному обычаю из пресного хлеба, и топтал их ногами[4].

В 1054 году папа Лев направил Керуларию послание, которое в обоснование папских притязаний на полноту власти в Церкви содержало пространные извлечения из поддельного документа, известного как Дарственная Константина, настаивая на его подлинности[5][6]. Патриарх отверг притязания Папы на верховенство, после чего Лев послал в том же году легатов в Константинополь для улаживания спора. Главной политической задачей папского посольства было стремление получить от византийского императора военную помощь в борьбе с норманнами[7].

16 июля 1054 года, уже после смерти самого Папы Льва IX, три папских легата вошли в собор Святой Софии и положили на алтарь отлучительную грамоту, предающую анафеме патриарха и двух его помощников[8]. В ответ на это 20 июля патриарх предал анафеме легатов. Ни Римская церковь Константинополем, ни византийская церковь легатами анафематствованы не были.

Закрепление раскола

События 1054 года ещё не означали полного разрыва между восточной и западной Церквями, но Первый крестовый поход обострил разногласия. Когда предводитель крестоносцев Боэмунд захватил бывший византийский город Антиохию (1098 год), он изгнал греческого патриарха и заменил его латинским; захватив Иерусалим в 1099 году, крестоносцы также поставили во главе местной Церкви латинского патриарха. Византийский император Алексей, в свою очередь, назначил собственных патриархов обоих городов, но проживали они в Константинополе. Существование параллельных иерархий означало, что восточная и западная церкви фактически пребывали в состоянии раскола. Этот раскол имел важные политические последствия. Когда в 1107 году Боэмунд пошёл походом на Византию в отместку за попытки Алексея отбить Антиохию, он заявил Папе, что это вполне оправданно, так как византийцы — раскольники. Таким образом он создал опасный прецедент для будущей агрессии против Византии со стороны западноевропейцев[9]. Папа Пасхалий II приложил усилия, чтобы преодолеть раскол между православной и католической церквами, но это не удалось, поскольку папа продолжал настаивать на том, чтобы Константинопольский патриарх признал примат Папы над «всеми церквями Божьими по всему миру».

Первый крестовый поход

Отношения церквей заметно улучшились накануне и во время Первого крестового похода [10]. Новая политика была связана с борьбой новоизбранного папы Урбана II за влияние на церковь с «антипапой» Климентом III и его покровителем Генрихом IV. Урбан II осознавал, что его позиции на Западе слабы и в качестве альтернативной поддержки стал искать путей примирения с Византией. Вскоре после своего избрания Урбан II отправил в Константинополь делегацию для обсуждения вопросов, спровоцировавших раскол за тридцать лет до этого. Эти меры создали почву для возобновления диалога с Римом и заложили основу для перестройки Византийской империи в преддверии Первого крестового похода. Высокопоставленному византийскому священнослужителю Феофилакту Гефаисту было поручено подготовить документ, который осторожно преуменьшал важность различий между греческими и латинскими обрядами, чтобы успокоить опасения византийских священнослужителей. Эти различия в большинстве своем — пустяковые, писал Феофилакт. Целью этого осторожного изменения позиции было ликвидировать раскол между Константинополем и Римом и заложить основу для политического и даже военного союза[10].

XII век

Другим событием, усилившим раскол, стал погром латинского квартала в Константинополе при императоре Андронике I (1182 год). Доказательств того, что погром латинян был санкционирован сверху нет, однако репутации Византии на христианском Западе был нанесён серьёзный урон[11].

XIII век

Лионская уния

После поражения Латинской империи и возвращения Константинополя византийский император Михаил VIII решил улучшить отношения с Римом и тем предотвратить угрозу дальнейших крестовых походов. В 1273 году император написал Папе послание, в котором выразил желание приложить все усилия к объединению церквей и преодолению раскола. В июне 1274 года византийские посланники прибыли на Второй Лионский собор. Не вступая в какие-либо прения, прибывшие зачитали в соборе Святого Иоанна письмо от Михаила. В нём император согласился на объединение церквей на условиях Папы: официальное принятие формулы Филиокве и признание власти Римской церкви. Также в нём выражалось согласие с западной позицией по второстепенным вопросам, таким как учение о чистилище и употребление пресного хлеба при причащении. Затем прошла служба, во время которой византийские священники использовали Филиокве, произнося символ веры. Когда делегация вернулась в Константинополь, церемония была проведена повторно в соборе Святой Софии в присутствии императора. Поскольку разногласий Византии с Римом больше не осталось и византийцы могли считаться католиками, Папа сразу же отмежевался от планов завоевания Константинополя и восстановления Латинской империи[12].

Действия Михаила встретили сопротивление греческих националистов в Византии. Среди протестующих против унии была, среди прочих, сестра Михаила Евлогия, которая заявила: «Пусть лучше будет погублена империя моего брата, чем чистота православной веры», за что была заключена в тюрьму. Афонские монахи единодушно объявили унию впадением в ересь, несмотря на жестокие наказания со стороны императора: одному особенно непокорному монаху отрезали язык[12].

Историки связывают протесты против унии с развитием греческого национализма в Византии. Религиозная принадлежность связывалась с этнической идентичностью. Тех, кто поддержал политику императора, поносили не потому, что они стали католиками, а потому, что их воспринимали как предателей своего народа[13].

Возврат православия

После смерти Михаила в декабре 1282 года на престол взошел его сын Андроник II (правил в 1282—1328 годах). Новый император полагал, что после поражения Карла Анжуйского в Сицилии опасность с Запада миновала и, соответственно, исчезла практическая необходимость в унии. Уже через несколько дней после смерти отца Андроник выпустил из тюрем всех заключенных противников унии и низложил патриарха Константинопольского Иоанна XI, которого Михаил назначил, чтобы тот выполнил условия соглашения с Папой. В следующем году были низложены и заменены все епископы, которые поддерживали унию. На улицах Константинополя освобождение заключенных приветствовали ликующие толпы. Православие в Византии было восстановлено[14].
За отказ от Лионской унии Папа отлучил Андроника II от церкви, однако к концу своего правления Андроник возобновил контакты с папской курией и стал обсуждать возможность преодоления раскола[15].

XIV век

В середине XIV века существованию Византии стали угрожать турки-османы. Император Иоанн V решил обратиться за помощью к христианским странам Европы, однако Папа дал понять, что помощь возможна только в случае объединения Церквей[16]. В октябре 1369 года Иоанн отправился в Рим, где принял участие в богослужении в соборе Святого Петра и объявил себя католиком, принимающим папскую власть и признающим филиокве. Чтобы избежать волнений на родине, Иоанн перешел в католичество лично, не давая никаких обещаний от имени своих подданных. Тем не менее, Папа объявил, что византийский император теперь заслуживает поддержки, и призвал католические державы прийти к нему на помощь в борьбе против османов. Однако призыв Папы не имел результата: помощь оказана не была, и вскоре Иоанн стал вассалом османского эмира Мурада I[17][прим. 1].

XV век

Несмотря на разрыв Лионской унии, православные (кроме Руси и некоторых районов Ближнего Востока) продолжали придерживаться троеперстия, а римский папа по-прежнему признавался первым по чести среди равных православных патриархов. Положение изменилось только после Ферраро-Флорентийского собора, когда настойчивость Запада в принятии его догматов вынудила православных признать римского папу еретиком, а западную церковь — еретической, и создать параллельную признавшим собор — униатам — новую православную иерархию. После захвата Константинополя (1453), турецкий султан Мехмед II принял меры к тому, чтобы сохранить раскол между православными и католиками и тем самым лишить византийцев надежды на то, что христиане-католики придут к ним на помощь. Униатский патриарх и его духовенство были изгнаны из Константинополя. На момент завоевания Константинополя место православного патриарха было свободно, и султан лично проследил за тем, чтобы через несколько месяцев его занял человек, известный непримиримым отношением к католикам. Константинопольский патриарх продолжал оставаться главой православной церкви, и его власть признавали в Сербии, Болгарии, дунайских княжествах и на Руси[18].

Обоснования раскола

Существует альтернативная точка зрения, согласно которой действительной причиной раскола стали притязания Рима на политическое влияние и денежные сборы на территориях, подконтрольных Константинополю. Однако в качестве публичного обоснования конфликта обе стороны называли богословские разногласия[19]

Доводы Рима

Отлучительная грамота была вручена 16 июля 1054 года в Константинополе в Софийском храме на святом алтаре во время богослужения легатом папы римского кардиналом Гумбертом. В отлучительной грамоте после преамбулы, посвящённой первенству Римской церкви, и похвалы в адрес «столпов имперской власти и её чтимых и мудрых граждан» и всего Константинополя, названного городом «христианнейшим и православным», выдвигались следующие обвинения в адрес Михаила Керулария «и сообщников его глупости»[20]:

  1. Михаила неправо называют патриархом.
  2. Подобно симонианам, они продают дар Божий.
  3. Подобно валезианам, оскопляют пришельцев, и делают их не только клириками, но и епископами.
  4. Подобно арианам, перекрещивают крещёных во имя Святой Троицы, в особенности латинян.
  5. Подобно донатистам, утверждают, что во всём мире, за исключением церкви Греческой, погибли и церковь Христова, и истинная Евхаристия, и крещение.
  6. Подобно николаитам, позволяют браки служителям алтаря.
  7. Подобно севирианам, злословят закон Моисеев.
  8. Подобно духоборцам отсекают в символе веры исхождение Духа Святого и от Сына (филиокве).
  9. Подобно манихеям, считают квасное одушевлённым.
  10. Подобно назореям, наблюдают телесные очищения иудейские, новорождённых детей не крестят ранее восьми дней по рождении, родительниц не удостаивают причащения, и, если они язычницы, отказывают им в крещении.

Что касается взгляда на роль Римской церкви, то, по мнению католических авторов[21], свидетельства учения о безусловном первенстве и вселенской юрисдикции Римского епископа как преемника святого Петра существуют с I века (Климент Римский) и далее встречаются повсеместно как на Западе, так и на Востоке (свв. Игнатий Богоносец, Ириней, Киприан Карфагенский, Иоанн Златоуст, Лев Великий, Гормизд, Максим Исповедник, Феодор Студит и др.), поэтому попытки приписать Риму только некое «первенство чести» необоснованны.

До половины V века эта теория носила характер незаконченных, разрозненных мыслей, и лишь папа Лев Великий выразил их систематически и изложил в своих церковных проповедях, произносимых им в день его хиротонии перед собранием итальянских епископов.

Главные пункты этой системы сводятся, во-первых, к тому, что святой апостол Пётр есть princeps всего чина апостолов, превосходящий всех других и по власти, он есть primas всех епископов, ему вверено попечение о всех овцах, на него возложены заботы о всех пастырях Церкви.

Во-вторых, все дары и прерогативы апостольства, священства и пастырства даны вполне и прежде всего апостолу Петру и уже через него и не иначе, как через его посредство, подаются Христом и всем другим апостолам и пастырям.

В-третьих, primatus апостола Петра есть учреждение не временное, а постоянное.

В-четвертых, общение римских епископов с верховным апостолом весьма близко: каждый новый епископ принимает апостола Петра на кафедре Петровой, а отсюда дарованная апостолу Петру благодатная сила переливается и на его преемников.

Из этого практически для папы Льва вытекает:
1) так как вся Церковь основана на твёрдости Петровой, то удаляющиеся от этой твердыни ставят себя вне таинственного тела Христовой Церкви;
2) кто посягает на авторитет римского епископа и отказывает в повиновении апостольскому престолу, тот не хочет подчиняться блаженному апостолу Петру;
3) кто отвергает власть и первенство апостола Петра, тот ничуть не может уменьшить его достоинства, но надменный духом гордости низвергает самого себя в преисподнюю.

Несмотря на ходатайство папы Льва I о созыве IV Вселенского собора в Италии, что поддерживалось царскими особами западной половины империи, IV Вселенский Собор был созван императором Маркианом на Востоке, в Никее и затем в Халкидоне, а не на Западе. В соборных дискуссиях Отцы Собора относились весьма сдержанно к выступлениям легатов римского папы, детально изложивших и развивавших эту теорию, к оглашённой ими декларации Римского папы.

На Халкидонском соборе теория не была осуждена, так как несмотря на резкую форму в отношении всех восточных епископов выступления легатов по содержанию, например, в отношении патриарха Диоскора Александрийского, отвечали настроению и направлению всего Собора. Но тем не менее собор отказался осудить Диоскора только за то, что Диоскор совершал преступления против дисциплины, не исполняя поручения первого по чести среди патриархов и особенно за то, что Диоскор сам дерзнул провести отлучение папы Льва.

В папской декларации нигде не было указано о преступлениях Диоскора против веры. Заканчивается декларация также примечательно, в духе папистской теории: «Посему светлейший и блаженнейший архиепископ великого и старейшего Рима Лев, через нас и через настоящий святейший собор, вместе с преблаженнейшим и всехвальным апостолом Петром, который есть камень и утверждение кафолической Церкви и основание православной веры, лишает его епископства и отчуждает от всякого священного сана».

Декларация была Отцами Собора тактично, но отвергнута, и Диоскор был лишён патриаршества и сана за преследование семьи Кирилла Александрийского, хотя вспоминали ему и поддержку еретика Евтихия, неуважение к епископам, Разбойничий собор и т. д., но никак не за выступление александрийского папы против папы римского, и ничего из декларации папы Льва Собором, так возносившим томос папы Льва, одобрено не было. Принятое на Халкидонском соборе 28 правило о предоставлении чести как второму после римского папы архиепископу Нового Рима как епископу царствующего града второго после Рима вызвало бурю негодования. Святитель Лев папа Римский не признал действительности этого канона, прервал общение с архиепископом Анатолием Константинопольским и угрожал ему отлучением[22].

Доводы Константинополя

После того как легат Римского папы кардинал Гумберт положил на алтарь храма святой Софии писание с анафемой константинопольскому патриарху, патриарх Михаил собрал синод, на котором выдвинута ответная анафема:

С анафемой затем самому нечестивому писанию, а также тем, кто его предъявил, писал и каким-либо одобрением или волей участвовал в его творении[23][24].

Ответные обвинения против латинян были следующие на соборе:

  1. Брадобритие у латинян: «И не желают они обратить внимание на Писание, которое говорит: „да не бреете брад ваших“ (Лев. 19, 27), как и совсем не хотят признать, что (лишь) жёнам благопристойно этот (вид) при творении устроил Бог, мужам же судил быть несообразным (сему виду)»;
  2. Обязательное безбрачие всего духовенства у латинян и нежелание их причащаться у женатых священников; при этом нарушались 4 правило Гангрского собора[25] и 13 правило 6 Вселенского собора[26]: «И не желают они обратить внимание на … четвёртый канон Гангрского собора о тех, кто гнушается браком и открыто [его] презирает, устанавливает: „Если кто рассуждает о женатом пресвитере, что, когда таковый совершил литургию, нельзя причащаться приношения, анафема да будет“. И об отвергающих и презирающих это также Шестого собора [13-е правило]».
  3. Филиокве: «совершенно не желая размыслить, они заявляют, что Дух исходит не от Отца [только], но и от Сына — как будто бы у них нет свидетельств евангелистов об этом, и будто бы они не имеют догмата вселенского собора относительно этого злословия».

В разных архиерейских посланиях и соборных постановлениях[27][28][29][30] православные также ставили в вину католикам:

  1. Служение литургии на опресноках.
  2. Пост в субботу.
  3. Допущение женитьбы мужчины на сестре его умершей жены.
  4. Ношение католическими епископами перстней на пальцах рук.
  5. Хождение католических епископов и священников на войну и осквернение своих рук кровью убитых.
  6. Наличие у католических епископов жён и наличие наложниц у католических священников.
  7. Ядение в субботы и в воскресения Великим постом яиц, сыра и молока и несоблюдение Великого поста.
  8. Ядение удавленины, мертвячины, мяса с кровью.
  9. Ядение католическими монахами свиного сала.
  10. Совершения Крещения в одно, а не в три погружения.
  11. Изображение Креста Господня и изображение святых на мраморных плитах в церквах и хождение католиками по ним ногами.

Реакция патриарха на вызывающий поступок кардиналов была достаточно осторожной и в целом миролюбивой. Достаточно сказать, что с целью успокоения волнений было официально заявлено, что греческие переводчики извратили смысл латинской грамоты. Далее, на последовавшем Соборе 20 июля за недостойное поведение в храме были отлучены от Церкви все три члена папской делегации, однако Римская Церковь в решении собора специально не упоминалась. Было сделано всё, чтобы свести конфликт к самодеятельности нескольких римских представителей, что, собственно, и имело место. Патриарх отлучил от Церкви лишь легатов и только за дисциплинарные нарушения, а не за вероучительные вопросы. На Западную церковь или на римского епископа эти анафемы никак не распространялись.

Даже когда один из отлучённых легатов стал папой (Стефан IX), этот раскол не считался окончательным и особо важным, а папа направил посольство в Константинополь извиниться за резкость Гумберта.[31] Событие это стало оцениваться как нечто чрезвычайно важное лишь через пару десятков лет на Западе, когда к власти пришёл папа Григорий VII, который в своё время был протеже умершего уже кардинала Гумберта. Его усилиями эта история и получила необычайное значение. Потом, уже в новое время, она рикошетом из западной историографии вернулась на Восток и стала считаться датой разделения Церквей[32].

Восприятие раскола на Руси

Покинув Константинополь, папские легаты отправились в Рим окружным путём, чтобы оповестить об отлучении Михаила Керулария его противника Илариона, которого Константинопольская церковь не хотела признавать митрополитом, и получить военную помощь Руси в борьбе папского престола с норманнами. Они посетили Киев, где с подобающими почестями были приняты великим князем Изяславом Ярославичем и духовенством, которому должно было понравиться отделение Рима от Константинополя. Возможно, странное на первый взгляд поведение легатов римского папы, сопроводивших анафемой византийской церкви свою просьбу о военной помощи Византии Риму, должно было расположить в их пользу русских князя и митрополита с получением от Руси значительно большей помощи, чем можно было ожидать от Византии.

Поскольку Киевская Русь приняла крещение чуть больше чем за полвека до раскола, и тогда считалось, что патриаршество могло быть только там, где проповедовали апостолы, а сведений о пребывании в Киеве апостола Андрея Первозванного ещё не было, так как они содержались в той же рукописи, где говорилось о призвании Рюрика, о чём в то время на Руси тоже никто не догадывался, то Русская церковь не имела патриаршества. Её правители не могли поэтому быть императорами. Их титул кагана[прояснить] был только почти равен императору, на титул императора они могли рассчитывать только при наличии на Руси патриарха[источник не указан 35 дней]. Более того, кроме краткого периода правления Илариона, не имела она ни автокефалии (да и при Иларионе она Константинополем не признавалась), ни собственных митрополитов из славян. Во главе Киевской митрополии были греческие иерархи, которые полностью подчинялись Константинопольскому патриарху. Именно они обычно были идеологами в Русской митрополии. Киевские митрополиты греческого происхождения начали антикатолическую полемику ещё до 1054 года, до раскола. Известно обличительное послание, бывшее до разделения, митрополита Киевского Льва, в котором он обличал «филиокве», опресноки и прочие латинские обычаи, однако «кротко», без резких выражений или укоризны[33]. После низложения сторонника единства с признававшим церковнославянский язык языком Церкви наряду с латынью, греческим и древнееврейским Римом славянина Илариона антилатинская проповедь усилилась среди высшего греческого духовенства. Новоиспечённое русское низшее православное духовенство после многих столетий господства арианства и несторианства и кратковременного правления антивизантийского Илариона следовало целиком за своими учителями и иерархами-греками[34]. Но русские правители поддерживали дипломатические отношения с Римом, принимая те или иные решения в зависимости от политической необходимости, а в русских городах существовали латинские храмы, к которым проявлялась веротерпимость.

Двадцать лет спустя «разделения Церквей» имел место знаменательный случай обращения встречавшегося с папскими легатами в 1054 году великого князя Киевского (Изяслава-Димитрия Ярославича) к авторитету покровителя кардинала Гумберта папы Григория VII. В своей распре с младшими братьями за Киевский престол Изяслав, законный князь, вынужден был бежать за границу (в Польшу и потом в Германию), откуда и взывал в защиту своих прав к обоим главам средневековой «христианской республики» — к императору (Генриху IV) и к папе[35]. Княжеское посольство в Рим возглавил его сын Ярополк-Пётр, имевший поручение «отдать всю русскую землю под покровительство св. Петра». Папа действительно вмешался в ситуацию на Руси. В конце концов Изяслав вернулся в Киев (1077) без помощи Римского папы, поэтому обещания остались без исполнения. Ярополк канонизирован Русской православной церковью.

Около 1089 года в Киев к митрополиту Иоанну прибыло посольство антипапы Гиберта (Климента III), по-видимому, желавшего укрепить свои позиции за счёт его признания на Руси. Иоанн, будучи по происхождению греком, ответил посланием, хотя и составленным в самых почтительных выражениях, но всё же направленным против «заблуждений» латинян (это первое по времени неапокрифическое писание «против латинян», составленное на Руси, хотя и не русским автором). Согласно русским летописям, послы от папы приходили в 1169 году.

В Киеве имелись латинские монастыри (в том числе доминиканский — с 1228 года), на землях, подвластных русским князьям, с их разрешения действовали латинские миссионеры (так, в 1181 году князья Полоцкие разрешили монахам-августинцам из Бремена крестить подвластных им латышей и ливов на Западной Двине)[36]. В высшем сословии заключались (к неудовольствию греческих митрополитов) многочисленные смешанные браки (только с польскими князьями — более двадцати), и ни в одном из этих случаев не зарегистрировано ничего похожего на «переход» из одного вероисповедания в другое[36]. Западное влияние заметно в некоторых сферах церковной жизни, например, до монгольского нашествия на Руси были орга́ны (которые затем исчезли)[37][38]; колокола на Русь завозились в основном с Запада, где имели большее распространение, чем у греков.

Снятие взаимных анафем

Почтовая марка, посвященная исторической встрече Патриарха Афиногора и Папы Павла VI

В 1964 году в Иерусалиме состоялась встреча между патриархом Афинагором, предстоятелем Константинопольской православной церкви, и папой римским Павлом VI, в результате которой в декабре 1965 года были сняты взаимные анафемы и подписана совместная декларация[39]. Однако «жест справедливости и взаимного прощения» (Совместная декларация, 5) не имел никакого практического или канонического значения: сама декларация гласила: «Папа Павел VI и патриарх Афинагор I со своим Синодом сознают, что этот жест справедливости и взаимного прощения недостаточен для того, чтобы положить конец разногласиям, как древним, так и недавним, всё ещё остающимся между Римско-Католической Церковью и Церковью Православной»[39]. С точки зрения Православной Церкви, остаются неприемлемыми остающиеся в силе анафемы I Ватиканского Собора на отрицающих догмат о главенстве Римского Папы и непогрешимости его суждений по вопросам веры и нравственности, произнесённых ex cathedra, а также ряд других постановлений догматического характера.

Кроме того, за годы разделения учение Филиокве на Востоке было признано еретическим: «Новоявившееся учение, будто „Дух Святый исходит от Отца и Сына“, измышлено вопреки ясному и нарочитому о сем предмете изречению Господа нашего: иже от Отца исходит (Иоан. 15, 26), и вопреки исповеданию всей Соборной Церкви, засвидетельствованному седьмью вселенскими Соборами в словах иже от Отца исходящаго <…> (Символ веры). Посему единая, святая, соборная и Апостольская Церковь следуя святым Отцам восточным и западным, как древле при Отцах наших возвещала, так и ныне вновь возвещает соборно, что сие нововведенное мнение, будто Дух Святый исходит от Отца и Сына, есть сущая ересь, и последователи его, кто бы они ни были, еретики, по упомянутому соборному определению святейшего папы Дамаса; составляющиеся из них общества, суть общества еретические, и всякое духовное богослужебное общение с ними православных чад соборной Церкви — беззаконно, по силе особенно седьмого правила третьего вселенского Собора» (Окружное послание Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви ко всем Православным христианам (1848 г.))[40].

См. также

Примечания

Примечания
  1. ↑ К середине XIV в. большая часть византийской империи оказалась под властью османов, однако императоры из династии Палеологов продолжали именовать себя «императорами ромеев». Хотя Константинополь по-прежнему считался у православных священным городом, его влияние пошло на спад. Так, после 1448 года русские князья перестали посылать епископов в Константинополь для посвящения в сан, так как считали признаваемых императорами константинопольских патриархов униатами.
Сноски
  1. ↑ БРЭ.
  2. 1 2 Франкопан, 2018, с. 41.
  3. 1 2 3 Харрис, 2017, с. 259-287.
  4. ↑ Михаил Керуларий (англ.)
  5. ↑ Migne’s Patrologia Latina, Vol. 143 (cxliii), Col. 744—769. Also Mansi, Sacrorum Conciliorum Nova Amplissima Collectio, Vol. 19 (xix) Col. 635—656.
  6. ↑ Donation of Constantine
  7. ↑ A. Edward Siecienski. The Filioque: History of a Doctrinal Controversy (Oxford University Press 2010 ISBN 978-0-19-537204-5), p. 113.
  8. ↑ Харрис, 2017, с. 270.
  9. ↑ Харрис, 2017, с. 271.
  10. 1 2 Франкопан, 2018, с. 43-50.
  11. ↑ Харрис, 2017, с. 279.
  12. 1 2 Харрис, 2017, с. 312.
  13. ↑ Харрис, 2017, с. 313.
  14. ↑ Харрис, 2017, с. 315.
  15. ↑ Харрис, 2017, с. 333.
  16. ↑ Харрис, 2017, с. 341.
  17. ↑ Харрис, 2017, с. 343-344.
  18. ↑ Харрис, 2017, с. 351.
  19. ↑ Харрис, 2017, с. 259-287.
  20. ↑ Краткий отчёт о том, что проделали послы Святого Римского и Апостольского Престола в Царствующем Граде
  21. ↑ А. Волконский. Католичество и Священное Предание Востока. Париж, 1933—1934
  22. ↑ Н. Муравьев. Значение IV Вселенского Собора.
  23. ↑ Решение Константинопольского синода 1054 года
  24. ↑ Acta et scripta, quae de controversiis Ecclesiae Graecae et Latinae saeculo undecimo composita extant. Ed. Dr. Cornelius Will. Lipsiae, 1861. С.155-168
  25. ↑ 4 правило Гангрского собора
  26. ↑ 13 правило 6 Вселенского собора
  27. ↑ Бенешевич В. Н. Древлеславянская Кормчая, том 2. Георгий, митрополит Киевский, «Стязанье с латиною», стр. 276—279.
  28. ↑ Послание Святейшего Патриарха Константинопольского Михаила Кирулария Блаженнейшему Патриарху Антиохийскому Петру (1054 г.)
  29. ↑ Послание на латину митрополита Киевского Никифора
  30. ↑ Соборное изложение 1621 года о крещении латынь
  31. ↑ А. Л. Катанский. «О попытках соединения церквей восточной и западной». СПбДА, 1868
  32. ↑ Александр Дворкин. Очерки по истории Вселенской Православной Церкви
  33. Филарет (Гумилевский) История русской церкви. — Т. 1. — С. 95.
  34. Голубинский Е. Е. История русской церкви. — Т. 1 (первая половина тома). Период первый, киевский или домонгольский. — С. 588.
  35. м. Макарий История Русской церкви. — Т. 2. Отдел 2. Гл. VII. Отношение Русской церкви к другим церквам и обществам религиозным.
  36. 1 2 Таубе, М. А. Рим и Русь в до-монгольский период.
  37. ↑ Орган в России
  38. ↑ Энциклопедия Кругосвет
  39. 1 2 Совместная декларация Римско-Католической Церкви и Константинопольской Православной Церкви по случаю снятия взаимных анафем
  40. ↑ Окружное послание ко всем Православным христианам, 1848 г.

Ссылки и литература

Христианство в истории

(XVI век)

(XI век)

Уния

wikipedia.green

Храм Живоначальной Троицы на Воробьёвых горах -

Статьи - ИСТОРИЯ

В 1054 году произошёл распад христианской церкви на Западную (Римско-Католическую) и Восточную (Греко-Кафолическую). Восточная христианская церковь стала называться ортодоксальной, т.е. правоверной, а исповедывающие христианство по греческому обряду – ортодоксами или правоверными.

«Великий раскол» между Восточной и Западной Церквами вызревал постепенно, в результате долгих и сложных процессов, начавшихся задолго до XI в.

Разногласия между Восточной и Западной Церквами до раскола (краткий обзор)

Разногласия между Востоком и Западом, послужившие причиной «великого раскола» и накапливавшиеся на протяжении веков, имели политический, культурный, экклезиологический, богословский и обрядовый характер.

а) Политические разногласия между Востоком и Западом коренились в политическом антагонизме между Римскими папами и византийскими императорами (василевсами). Во времена апостолов, когда христианская церковь только зарождалась, Римская империя представляла собой единую как в политическом, так и в культурном плане империю, во главе которой стоял один император. С конца III в. империя, de jure всё ещё единая, de facto разделилась на две части - Восточную и Западную, каждая из которых находилась под управлением собственного императора (император Феодосий (346—395)  был последним римским императором, который возглавлял всю Римскую империю). Константин усугубил процесс разделения, основав на востоке новую столицу Константинополь наряду с древним Римом в Италии. Римские епископы, основываясь на центральном положении Рима, как императорского города, и на происхождении кафедры от первоверховного апостола Петра начали претендовать на особое, главенствующее положение во всей Церкви. В последующие века амбиции римских первосвященников только росли, гордыня всё глубже и глубже пускала свои ядовитые корни в церковную жизнь Запада. В отличие от константинопольских патриархов, римские Папы сохраняли независимость от византийских императоров, не подчинялись им, если не считали нужным, а иногда и открыто выступали против них.

Кроме того, в 800-м году папой Львом III в Риме императорской короной был коронован как римский император король франков Карл Великий, который в глазах современников стал «равным» Восточному императору и на политическую силу которого получил возможность опираться Римский епископ в своих притязаниях. Императоры Византийской империи, сами считавшие себя преемниками Римской империи, отказались признать императорский титул за Карлом. Византийцы рассматривали Карла Великого как узурпатора, а папскую коронацию - как акт раскола внутри империи.

б) Культурное отчуждение между Востоком и Западом было в значительной степени обусловлено тем, что в Восточной Римской империи говорили на греческом языке, а в Западной на латыни. Во времена апостолов, когда Римская империя была единой, по-гречески и по-латыни понимали почти везде, а многие могли говорить на обоих языках. Однако уже к 450 году очень немногие в Западной Европе могли читать по-гречески, а после 600 года редко кто в Византии говорил на латыни, языке римлян, хотя империя продолжала называться Ромейской. Если греки хотели читать книги латинских авторов, а латиняне - сочинения греков, они могли сделать это лишь в переводе. А это означало, что греческий Восток и латинский Запад информацию черпали из разных источников и читали разные книги, в результате все более отдаляясь друг от друга. На Востоке читали Платона и Аристотеля, на Западе Цицерона и Сенеку. Главными богословскими авторитетами Восточной Церкви были отцы эпохи Вселенских Соборов, такие как Григорий Богослов, Василий Великий, Иоанн Златоуст, Кирилл Александрийский. На Западе же наиболее читаемым христианским автором был блаженный Августин (которого на Востоке почти не знали) - его богословская система была намного проще для понимания и легче воспринималась обращенными в христианство варварами, чем утонченные рассуждения греческих отцов.

в) Экклезиологические разногласия. Политические и культурные разногласия не могли не сказаться на жизни Церкви и только способствовали церковным раздорам между Римом и Константинополем. В течение всей эпохи Вселенских Соборов на Западе постепенно формировалось учение о папском примате (т.е. о римском епископе как о главе Вселенской Церкви). Параллельно на Востоке усиливался примат Константинопольского епископа, с конца VI века усвоившего себе титул «Вселенского патриарха». Однако на Востоке Константинопольский Патриарх никогда не воспринимался как глава Вселенской Церкви: он был лишь вторым по рангу после Римского епископа и первым по чести среди восточных патриархов. На Западе же Папа стал восприниматься именно как глава Вселенской Церкви, которому должна подчиняться Церковь по всему миру.

На Востоке было 4 кафедры (т.е. 4 Поместные Церкви: Константинопольская, Александрийская, Антиохийская и Иерусалимская) и, соответственно, 4 патриарха. Восток признавал Папу первым епископом Церкви - но первым среди равных. На Западе же был только один престол, претендующий на апостольское происхождение - а именно, Римский престол. В результате этого Рим стал рассматриваться как единственная апостольская кафедра. Запад хотя и принимал решения Вселенских соборов, однако сам не играл в них активной роли; в Церкви Запад видел не столько коллегию, сколько монархию - монархию Папы.

Греки признавали за Папой первенство чести, но не вселенское превосходство, как полагал сам Папа. Первенство «по чести» на современном языке может означать «самый уважаемый», однако оно не отменяет Соборного устройства церкви (то есть принятие всех решений коллегиально посредством созвания Соборов всех церквей, прежде всего апостольских). Папа считал непогрешимость своей прерогативой, греки же были убеждены, что в вопросах веры окончательное решение остается не за Папой, а за собором, представляющим всех епископов церкви.

г) Богословские причины. Главным пунктом богословского спора между Церквами Востока и Запада было латинское учение об исхождении Святого Духа от Отца и Сына (Филиокве). Это учение, основанное на тринитарных воззрениях блаженного Августина и других латинских отцов, привело к внесению изменения в слова Никео-Цареградского Символа Веры, где речь шла о Святом Духе: вместо «от Отца исходящего» на Западе стали говорить «от Отца и Сына (лат. Filioque) исходящего». Выражение «от Отца исходит» основано на словах Самого Христа (см.: Ин. 15:26) и в этом смысле обладает непререкаемым авторитетом, тогда как добавка «и Сына» не имеет оснований ни в Писании, ни в Предании раннехристианской Церкви: её стали вставлять в Символ Веры лишь на Толедских Соборах VI-VII веков, предположительно в качестве защитной меры против арианства. Из Испании Филиокве пришло во Францию и Германию, где было утверждено на Франкфуртском Соборе 794 года. Придворные богословы Карла Великого даже стали упрекать византийцев в том, что они произносили Символ Веры без Филиокве. Рим в течение некоторого времени противостоял внесению изменений в Символ Веры. В 808 году папа Лев III писал Карлу Великому о том, что хотя Филиокве приемлемо с богословской точки зрения, внесение его в Символ Веры нежелательно. Лев поместил в соборе Святого Петра таблички с Символом Веры без Филиокве. Однако к началу XI века чтение Символа Веры с добавлением «и Сына» вошло и в римскую практику.

Православие возражало (и до сих пор возражает) против Filioque по двум причинам. Во-первых, Символ Веры является достоянием всей Церкви, и любые изменения могут вноситься в него только Вселенским собором. Изменив Символ Веры без совета с Востоком, Запад (по убеждению Хомякова) повинен в нравственном братоубийстве, в грехе против единства Церкви. Во-вторых, большинство православных убеждено в том, что Filioque неверно с богословской точки зрения. Православные полагают, что Дух исходит только от Отца, и считают ересью утверждение о том, что Он исходит также и от Сына.

д) Обрядовые различия между Востоком и Западом существовали на протяжении всей истории христианства. Богослужебный устав Римской Церкви отличался от уставов Восточных Церквей. Целый ряд обрядовых мелочей разделял Церкви Востока и Запада. В середине XI века главным вопросом обрядового характера, по которому разгорелась полемика между Востоком и Западом, было употребление латинянами пресного хлеба на Евхаристии, в то время как византийцы употребляли квасной хлеб. За этим, казалось бы, незначительным отличием, византийцы видели серьезную разницу в богословском воззрении на сущность Тела Христова, преподаваемого верным в Евхаристии: если квасной хлеб символизирует то, что плоть Христова единосущна нашей плоти, то опреснок является символом отличия плоти Христовой от нашей плоти. В служении на опресноках греки усматривали покушение на сердцевинный пункт восточнохристианского богословия — учение об обо́жении (которое на Западе было мало известно).

Всё это были разногласия, которые предшествовали конфликту 1054 года. В конечном счете Запад и Восток разошлись в вопросах вероучения, главным образом в двух вопросах: о папском примате и о Filioque.

Повод для раскола

Непосредственным поводом к церковному расколу стал конфликт первоиерархов двух столиц — Рима и Константинополя.

Римским первосвященником был Лев IX. Еще будучи немецким епископом, он долго отказывался от Римской кафедры и лишь по неотступным просьбам духовенства и самого императора Генриха III согласился принять папскую тиару. В один из дождливых осенних дней 1048 года, в грубой власянице — одежде кающихся, с босыми ногами и посыпанной пеплом головой, он вступил в Рим, чтобы занять Римский престол. Такое необычное поведение польстило гордости горожан. При торжествующих криках толпы его немедленно провозгласили папой. Лев IX был убежден в высокой значимости Римской кафедры для всего христианского мира. Он всеми силами старался восстановить ранее поколебавшееся папское влияние как на Западе, так и на Востоке. С этого времени начинается активный рост и церковного, и общественно-политического значения папства как института власти. Папа Лев добивался уважения к себе и своей кафедре не только путем радикальных реформ, но и активно выступая защитником всех притесненных и обидимых. Именно это и заставило папу искать политического союза с Византией.

В то время политическим врагом Рима были норманны, которые уже захватили Сицилию и теперь угрожали Италии. Император Генрих не мог предоставить папе необходимой военной поддержки, а отказываться от роли защитника Италии и Рима папа не хотел. Лев IX решил просить помощи у византийского императора и Константинопольского патриарха.

С 1043 года Константинопольским патриархом был Михаил Керулларий. Он происходил из знатного аристократического рода и занимал высокий пост при императоре. Но после неудавшегося дворцового переворота, когда группа заговорщиков попыталась возвести его на престол, Михаил был лишен имущества и насильно пострижен в монахи. Новый император Константин Мономах сделал гонимого своим ближайшим советником, а затем, с согласия клира и народа, Михаил занял и патриаршую кафедру. Отдавшись служению Церкви, новый патриарх сохранил черты властного и государственно-мыслящего человека, который не терпел умаления своего авторитета и авторитета Константинопольской кафедры.

В возникшей переписке между папой и патриархом, Лев IX настаивал на первенстве Римской кафедры. В своем письме он указывал Михаилу, что Константинопольская Церковь и даже весь Восток должны слушаться и почитать Римскую Церковь как мать. Этим положением папа оправдывал и обрядовые расхождения Римской Церкви с Церквами Востока. Михаил готов был примириться с любыми расхождениями, но в одном вопросе его позиция оставалась непримиримой: он не желал признавать Римскую кафедру выше Константинопольской. Согласиться на такое равенство римский епископ не хотел.

Начало раскола

Великая схизма 1054 г. и Разделение Церквей

Весной 1054 года в Константинополь прибывает посольство из Рима во главе с кардиналом Гумбертом, человеком горячим и высокомерным. Вместе с ним, в качестве легатов, прибыли диакон-кардинал Фридрих (будущий папа Стефан IX) и архиепископ Амальфийский Петр. Цель визита была встретиться с императором Константином IX Мономахом и обсудить возможности военного союза с Византией, а также примириться с Константинопольским патриархом Михаилом Керулларием, не умаляя при этом первенства Римской кафедры. Однако посольство с самого начала взяло тон не соответствующий примирению. Послы папы отнеслись к патриарху без должного почтения, надменно и холодно. Видя такое отношение к себе, патриарх отплатил им тем же. На созванном Соборе Михаил выделил папским легатам последнее место. Кардинал Гумберт счел это унижением и отказался вести какие-либо переговоры с патриархом. Пришедшая из Рима весть о смерти папы Льва не остановила папских легатов. Они продолжали действовать с прежним дерзновением, желая проучить непослушного патриарха.

15 июля 1054 года, когда Софийский собор был переполнен молящимся народом, легаты прошли к алтарю и, прервав богослужение, выступили с обличениями в адрес патриарха Михаила Керуллария. Затем они положили на престол папскую буллу на латинском языке, в которой говорилось об отлучении патриарха и его приверженцев от общения и выдвигалось десять обвинений в ереси: одно из обвинений касалось «опущения» Филиокве в Символе веры. Выйдя из храма, папские послы отрясли прах со своих ног и воскликнули: «Пусть видит и судит Бог». Все настолько были поражены увиденным, что стояла гробовая тишина. Онемевший от изумления патриарх поначалу отказывался принять буллу, но потом повелел перевести ее на греческий язык. Когда содержание буллы огласили народу, началось столь сильное волнение, что легатам пришлось спешно покидать Константинополь. Народ поддержал своего патриарха.

20 июля 1054 года патриарх Михаил Керулларий созвал Собор из 20 епископов, на котором предал папских легатов церковному отлучению. Деяния Собора были разосланы всем Восточным патриархам.

Так произошла «великая схизма». Формально это был разрыв между Поместными Церквами Рима и Константинополя, однако патриарха Константинопольского впоследствии поддержали другие Восточные Патриархаты, а также молодые Церкви, входившие в орбиту влияния Византии, в частности Русская. Церковь на Западе со временем усвоила себе наименование Католической; Церковь же на Востоке именуется Православной, поскольку сохраняет неповрежденным христианское вероучение. И Православие, и Рим равно считали себя правыми в спорных вопросах вероучения, а своего оппонента неправым, поэтому после схизмы и Рим, и Православная церковь притязали на звание истинной церкви.

Но даже после 1054 г. дружеские отношения между Востоком и Западом сохранялись. Обе части христианского мира еще не осознали всей пропасти разрыва, и люди с обеих сторон надеялись, что недоразумения можно уладить без особых затруднений. Попытки договориться о воссоединении предпринимались еще в течение полутора веков. Спор Рима и Константинополя в значительной мере проходил мимо внимания простых христиан. Русский игумен Даниил Черниговский, совершивший паломничество в Иерусалим в 1106-1107 гг., застал греков и латинян согласно молящимися в святых местах. Правда, он с удовлетворением отметил, что при сошествии Святого огня на Пасху греческие светильники чудесным образом возгорались, а вот латиняне вынуждены были зажигать свои светильники от греческих.

Окончательное же разделение между Востоком и Западом наступило только с началом крестовых походов, которые принесли с собой дух ненависти и злобы, а также после захвата и разорения Константинополя крестоносцами во время IV крестового похода в 1204 году.

Материал подготовил Сергей ШУЛЯК

Используемая литература:
1. История Церкви (Каллист Уэр)
2. Церковь Христова. Рассказы из истории христианской Церкви (Георгий Орлов)
3. Великий церковный раскол 1054 года (РадиоРоссии, цикл Мир. Человек. Слово)


Фильм митрополита Илариона (Алфеева) 
Церковь в истории. Великая схизма

Темы: становление латинской традиции; конфликты между Константинополем и Римом; схизма 1051 года; католичество в Средние века. Съемки фильма проходили в Риме и Ватикане.   

 

 


Назад к списку

hram-troicy.prihod.ru

Раскол христианской церкви (1054) - это... Что такое Раскол христианской церкви (1054)?

Раскол христианской церкви в 1054 году, также Великий раскол и Великая схизма — церковный раскол, после которого окончательно произошло разделение Церкви на Римско-католическую церковь на Западе с центром в Риме и Православную — на Востоке с центром в Константинополе.

История раскола

Фактически разногласия между папой римским и патриархом Константинополя начались задолго до 1054, однако именно в 1054 папа римский Лев IX послал в Константинополь легатов во главе с кардиналом Гумбертом для разрешения конфликта, начало которому было положено закрытием в 1053 году латинских церквей в Константинополе по распоряжению патриарха Михаила Кирулария, при котором его сакелларий Константин выбрасывал из дарохранительниц Святые Дары, приготовленные по западному обычаю из пресного хлеба, и топтал их ногами[1]. Однако найти путь к примирению не удалось, и 16 июля 1054 года в соборе Святой Софии папские легаты объявили о низложении Кирулария и его отлучении от Церкви. В ответ на это 20 июля патриарх предал анафеме легатов.

Раскол не преодолён до сих пор, хотя в 1965 году взаимные анафемы были сняты.

Причины раскола

Исторические предпосылки схизмы восходят своими корнями к поздней античности и раннему Средневековью (начиная с разгрома Рима войсками Алариха в 410 году н. э.) и обуславливаются появлением обрядовых, догматических, этических, эстетических и других различий между западной (часто называемой латинско-католической) и восточной (греко-православной) традициями.

После 2-го низложения патриарха Фотия (в 866 г.) и до окончательного разделения церквей (1054 г.) сношения между церквами были редки и случайны. До конца 10 в. в них преобладало чувство единства, а с этого времени — рознь.[2]

Точка зрения западной (католической) церкви.

Отлучительная грамота была вручена 16 июля 1054 г. в Константинополе в Софийском храме на святом алтаре во время богослужения легатом папы римского кардиналом Гумбертом. В отлучительной грамоте после преамбулы, посвященной первенству Римской Церкви, и похвалы в адрес «столпов имперской власти и её чтимых и мудрых граждан» и всего Константинополя, названного городом «христианнейшим и православным», выдвигались следующие обвинения в адрес Михаила Кирулария «и сообщников его глупости»[3]:

  1. Михаила неправо называют патриархом.
  2. Подобно симонианам, они продают дар Божий.
  3. Подобно валезианам, оскопляют пришельцев, и делают их не только клириками, но и епископами.
  4. Подобно арианам, перекрещивают крещёных во имя Святой Троицы, в особенности латинян.
  5. Подобно донатистам, утверждают, что во всём мире, за исключением церкви Греческой, погибли и церковь Христова, и истинная Евхаристия, и крещение.
  6. Подобно николаитам, позволяют браки служителям алтаря.
  7. Подобно северианам, злословят закон Моисеев.
  8. Подобно духоборцам[4], отсекают в символе веры исхождение Духа Святого и от Сына (филиокве).
  9. Подобно манихеям, считают квасное одушевлённым.
  10. Подобно назореям, наблюдают телесные очищения иудейские, новорождённых детей не крестят ранее восьми дней по рождении, родительниц не удостаивают причащения, и, если они язычницы, отказывают им в крещении.

Что касается взгляда на роль Римской церкви, то по мнению католических авторов[5] свидетельства учения о безусловном первенстве и вселенской юрисдикции Римского епископа как преемника св. Петра существуют с I в. (Климент Римский) и далее встречаются повсеместно как на Западе, так и на Востоке (свв. Игнатий Богоносец, Ириней, Киприан Карфагенский, Иоанн Златоуст, Лев Великий, Гормизд, Максим Исповедник, Феодор Студит и др.), поэтому попытки приписать Риму только некое «первенство чести» необоснованны.

Точка зрения восточной (православной) церкви

По мнению некоторых православных авторов[кто?],главной догматической проблемой во взаимоотношениях между Церквями Рима и Константинополя была трактовка первенства Римской Апостольской Церкви. Как они считают, по догматическому учению, освященному первыми Вселенскими Соборами с участием легатов Римского епископа, за Римской церковью закреплялось первенство «по чести», что на современном языке может означать «самая уважаемая», что, однако, не отменяло Соборного устройства церкви (то есть принятие всех решений коллегиально посредством созвания Соборов всех церквей, прежде всего апостольских). Эти авторы[кто?] утверждают, что первые восемь веков христианства Соборное устройство церкви не подлежало сомнению даже у Рима, и все епископы рассматривали друг друга, как равных.

Однако к 800-му году политическая обстановка вокруг того, что раньше было единой Римской империей, стала меняться: с одной стороны, большая часть территории Восточной империи, включая большинство древних апостольских церквей, попала под власть мусульман, что её сильно ослабило и отвлекло внимание от религиозных проблем в пользу внешнеполитических, с другой стороны, на Западе впервые после падения Западной Римской империи в 476 году появился свой император (в 800-м году в Риме был коронован Карл Великий), который в глазах современников стал «равным» Восточному императору и на политическую силу которого получил возможность опираться Римский епископ в своих притязаниях. Изменившейся политической ситуации приписывается то, что Римские папы стали проводить идею о своём первенстве «по божественному праву», то есть идею о своей высшей единоличной власти во всей Церкви.

Реакция Патриарха на вызывающий поступок кардиналов была достаточно осторожной и в целом миролюбивой. Достаточно сказать, что с целью успокоения волнений было официально заявлено, что греческие переводчики извратили смысл латинской грамоты. Далее, на последовавшем Соборе 20 июля за недостойное поведение в храме были отлучены от Церкви все три члена папской делегации, однако Римская Церковь в решении собора специально не упоминалась. Было сделано всё, чтобы свести конфликт к самодеятельности нескольких римских представителей, что, собственно, и имело место. Патриарх отлучил от Церкви лишь легатов и только за дисциплинарные нарушения, а не за вероучительные вопросы. На Западную церковь или на римского епископа эти анафемы никак не распространялись.

Событие это стало оцениваться как нечто чрезвычайно важное лишь через пару десятков лет на Западе, когда к власти пришел папа Григорий VII, а кардинал Гумберт стал его ближайшим советником. Его усилиями эта история и получила необычайное значение. Потом, уже в новое время, она рикошетом из западной историографии вернулась на Восток и стала считаться датой разделения Церквей [6].

Восприятие раскола на Руси

Покинув Константинополь, папские легаты отправились в Рим окружным путём, чтобы оповестить об отлучении Михаила Кирулария других восточных иерархов. Среди прочих городов они посетили Киев, где с подобающими почестями были приняты великим князем и русским духовенством.

В последующие годы Русская Церковь не занимала однозначной позиции в поддержку какой-либо из сторон конфликта[7]. Если иерархи греческого происхождения были склонны к антилатинской полемике, то собственно русские священники и правители не участвовали в ней[8][9]. Таким образом, Русь поддерживала общение и с Римом, и с Константинополем, принимая те или иные решения в зависимости от политической необходимости.

Двадцать лет спустя после «разделения Церквей» имел место знаменательный случай обращения великого князя Киевского (Изяслава-Димитрия Ярославича) к авторитету папы св. Григория VII. В своей распре с младшими братьями за Киевский престол Изяслав, законный князь, вынужден был бежать за границу (в Польшу и потом в Германию), откуда и апеллировал в защиту своих прав к обоим главам средневековой «христианской республики» — к императору (Генриху IV) и к папе. Княжеское посольство в Рим возглавил его сын Ярополк-Пётр, имевший поручение «отдать всю русскую землю под покровительство св. Петра». Папа действительно вмешался в ситуацию на Руси. В конце концов, Изяслав вернулся в Киев (1077). Сам Изяслав и его сын Ярополк канонизированы Русской Православной Церковью.

Около 1089 в Киев к митрополиту Иоанну прибыло посольство антипапы Гиберта (Климента III), по-видимому, желавшего укрепить свои позиции за счёт его признания на Руси. Иоанн, будучи по происхождению греком, ответил посланием, хотя и составленным в самых почтительных выражениях, но всё же направленном против «заблуждений» латинян (это первое по времени неапокрифическое писание «против латинян», составленное на Руси, хотя и не русским автором). Cогласно русским летописям, послы от папы приходили в 1169.

В Киеве имелись латинские монастыри (в том числе доминиканский — с 1228), на землях, подвластных русским князьям, с их разрешения действовали латинские миссионеры (так, в 1181 князья Полоцкие разрешили монахам-августинцам из Бремена крестить подвластных им латышей и ливов на Западной Двине). В высшем сословии заключались (к неудовольствию греков) многочисленные смешанные браки. Большое западное влияние заметно в некоторых[каких?] сферах церковной жизни.

Подобная ситуация сохранялась вплоть до монголо-татарского нашествия.

Снятие взаимных анафем

В 1964 году в Иерусалиме состоялась встреча между Вселенским Патриархом Афинагором, предстоятелем Константинопольской православной церкви, и Римским Папой Павлом VI, в результате которой в декабре 1965 года были сняты взаимные анафемы и подписана Совместная Декларация[10]. Однако «жест справедливости и взаимного прощения» (Совместная декларация, 5) не имел никакого практического или канонического значения[источник не указан 20 дней]. С католической точки зрения, остаются в силе и не могут быть отменены анафемы I Ватиканского Собора против всех, кто отрицает учение о первенстве Римского Папы и непогрешимости его суждений по вопросам веры и нравственности, произнесённых ex cathedra (то есть когда Папа выступает как «земной глава и наставник всех христиан»), а также ряд других постановлений догматического характера.

Примечания

Ссылки и литература

dic.academic.ru

Оставить комментарий

avatar
  Подписаться  
Уведомление о